Онейрон

Телепатическое и несловесное общение в сновидении

Особенностью коммуникации в сновидениях является то, что мы редко, собственно, говорим голосовыми связками и слышим ушами. Если внимательно проанализировать наши разговоры, то оказывается, что они, скорее похожи на телепатию, как если бы в голове нашего сновиденного альтер-это находился радиоприемник, и что снолюди далеко не всегда утруждают себя шевелением губ (некоторые из них не слишком-то утруждают себя даже тем, чтобы быть похожими на людей).

Большая часть, если не подавляющая, этих телепатических разговоров, тем не менее, словесна: мы воспринимаем то, что сообщают наши сновиденные визави как поток слов. В значительной степени это происходит в результате привычки и сложившегося строения нашего мышления — наяву мы общаемся словами и предпочитаем делать то же самое в сновиденном состоянии. Но способ этот не единственный. Роберт Монро в своей второй книге «Далёкие путешествия» пишет:

Так или иначе, мы приближаемся к важнейшему соображению. Совокупность моих личных переживаний, опыта всех сотрудников лаборатории и тысяч участников программы «Открытые врата» указывает на то, что все прочие разумные существа, населяющие как материальную Вселенную, так и прочие энергетические миры, пользуются совершенно не связанной с языком формой общения. В тех случаях, когда в нашем общении использовались слова, взаимопонимание ограничивалось узкой полосой терминов, и понять их можно было лишь отдаленно.

Значение этого факта невозможно преувеличить. Все остальные разумные существа пользуются тем, что мы назвали несловесным общением (НСО). Это понятие намного шире тех явлений, которые относятся к языку движений тела, телепатии, ясновидению и прочим достаточно загадочным либо религиозным понятиям. Все они представляют собой лишь крошечную долю НСО. Можно сказать, что рисунок лучше тысячи слов. Цветной рисунок лучше десяти тысяч слов, а цветной фильм — пятидесяти тысяч. Озвученный цветной фильм, вероятно, в сотни тысяч раз лучше любых словесных описаний с точки зрения скорости передачи информации и обмена сведениями. Однако НСО представляет собой качественный скачок в сравнении с озвученным цветным фильмом. Это прямое, непосредственное переживание, немедленное знание тех сведений, которые передаются от одной разумной энергетической структуры к другой.

Если бы я хорошо владел НСО (к сожалению, до этого далеко) и у меня что-то болело, а вы, заметив это (неосознанно, с помощью НСО), поинтересовались бы, что случилось, я просто передал бы вашей сенсорной системе ощущение боли в большом пальце ноги. В тот же миг вы почувствовали бы мою боль, хотя по-прежнему понимали бы, что палец болит у меня, а не у вас. Однако такой способ лучше всяких слов позволил бы вам понять, что я чувствую, что хочу сообщить. Когда моя жена задерживается, она обычно звонит мне по телефону и сообщает, например, что опоздает на ужин и вернется домой к девяти вечера. Если бы мы использовали НСО, в моей голове возникла бы простая картинка: она сидит за рулем машины с включенными фарами, а в уголке мигает цифра 9. Более того, она могла бы передать мне образ заднего колеса автомобиля, спущенной шины и меняющего ее механика ближайшей тех-станции. Все эти картинки, в сочетании с передаваемым ощущением нежности и любви, заняли бы всего две-три секунды, не больше.

Соображение Монро о том, что все существа, населяющие материальную Вселенную, кроме людей, используют несловесное общение, конечно, очень сомнительно. Здесь сказывается заблуждение вида «по опросу, проведенному в интернете, 100% людей имеет доступ в интернет». Монро делает свой вывод на основе внетелесных путешествий — своих и участников организованной им программы. По-видимому, он заметил, что общение в этом состоянии телепатическое и совершенно необязательно организовано в виде слов, однако распространяя свой вывод на всех обитателей материальной Вселенной, забывает, что далеко не все из них, теоретически рассуждая, могут иметь способности к ВТО, осознанным сновидениям и астральным проекциям. Да и если имеют, то необязательно пользуются этим массово — как люди сейчас, среди которых лишь немногие интересуются ОСами и связанными феноменами.

Оставляя в стороне эту сомнительную идею Монро, вполне можно согласиться о важности развития способности к несловесному общению по нескольким причинам.

Во-первых, привычка к словесному общению является в значительной степени ограничением для сновидца: она формирует и отражает определенное представление о мире яви, которое мы переносим на мир сновиденный. С одной стороны, это делает последний более похожим на первый, с другой — ограничивает наш спектр возможных сновиденных опытов.

Во-вторых, далеко не со всеми обитателями возможно вести полноценное словесное общение. Например, как общаться с чем-то вроде описанного здесь? Можно предположить, что телепатическое словесное общение в сновидении представляет собой автоматический процесс конвертации несловесной информации в словесную, однако, как отмечает Монро в своей книге, этот механизм имеет свои ограничения в виду того, что словесное описание мира, доступное сновидцу, может просто не иметь словесных аналогов той информации, которую передаёт сновидцу снообитатель.

В-третьих, навыки несловесного общения можно применить и для других способностей, например, для считывания информации о сновиденных существах, объектах и иных элементов сновиденного мира. Мы и в яви большую часть об окружающем мире получаем невербальным образом, но в сновидении это можно вывести на совершенно иной уровень.

Другие статьи

Максим · 2021-11-17 21:22 · #

Хорошо или плохо и нужно ли развивать ? – это одно. И это вопрос риторический. И это как мы захотим. Но вы упомянули про «радиоприёмник в голове» – а вот эта тема, скажу я вам, НЕ зависит от того, каких воззрений мы станем придерживаться. Потому что это о том, что УЖЕ случилось. Меня дак это просто интригует.
Дело в том, что как только мы пересекаем границы яви, ТУТ ЖЕ, строго и в обязательном порядке, как если придорожный указатель, что ты вступил на враждебную территорию, возникает ЗВУК, хотя не только он, (но об этом чуть ниже), ЗВУК, озвучивающий череп изнутри ! Когда я только впервые обнаружил его, назвал этот феномен «фразообразование». Поскольку звучали именно слова и отдельные фразы. Слова могут соединяться во фразы, но… предложения из этих слов образуются очень редко. Если же последнее случается, то в половине случаев, смысл предложений оказывается диковинным, как если бы образованы такие предложения случайным набором слов.
Хотя в статье вы пишете немного на другую тему, скорее о коммуникации с персоналиями снов, чем о том физическом факторе, с помощью которого коммуникация эта происходит, мне бы хотелось немного сместить фокус вашего внимания не на проблемы коммуникации, как то перспектива таковых или что-то около того, а на этот, как мне представляется, в высшей степени, любопытный фактор.
Ведь на самом деле, «радиопередача в голове» возникает НЕ ТОЛЬКО когда поблизости имеются персонажи, которые могли бы чего-то вам говорить, а и В ОТСУТСТВИЕ таковых !
Так что коммуникация, телепатическая ли иная – это объяснение, которое ничего не объясняет.
Ею нельзя объяснить «фразопорождение», поскольку звучит, даже если никого рядом нет. Сама формулировка, что «нечто озвучивает череп изнутри» закономерно должна вызывать ассоциацию с МЫШЛЕНИЕМ, но поверьте, даже если мы применим тут слово «мышление», то и тогда придётся указать на ОСОБЕННОСТИ, которые делают такое «мышление» очень на него НЕ похожим.
Некоторые из этих «особенностей» слишком бросаются в глаза, чтобы сразу их не заметить, другие требуют длительного наблюдения за фразообразованием, прежде чем наличие этих особенностей будет осознано. К заметным относятся, во первых «внедренческий» характер фраз по сравнению с мыслями. Что я имею в виду ? – мысль НИКОГДА не является «внедрением». То есть она имеет как бы «местное» происхождение, вы никогда НЕ будите удивлены СОДЕРЖАНИЕМ подуманного вами ! – в случае ФРАЗЫ – это НЕ так.
Фразы, я бы сказал, очевидным образом не свойственны стилю и синтаксису вашего мышления. Поэтому они бывают, перво наперво ДУРАЦКИМИ, во вторых, они способны смешить, и… пугать до неподвижности, до ступора(это отдельная и не менее интересная тема, так как она уже об эмоционально-энергетической составляющей фразы). Но пока отстранимся от этой составляющей. Пожалуй, наиболее наглядным доказательством «внедренческого» характера фраз являются НЕ верно установленное УДАРЕНИЕ в слове, как будто его произнёс человек, говорящий не на своём родном языке. Наблюдали ли вы когда ни будь НЕ верные ударения в своём мышлении ? – я, например, никогда.
Другой, столь же заметной «особенностью» (пишу это в кавычках, потому что про особенность было бы уместно говорить, если бы мы говорили о мышлении, но тут надо различать), так вот – как бы это не странно, НО… мышление НЕ ЗВУЧИТ ! – мышление, я бы сказал, есть нечто, «беззвучный шорох мысли», я бы сказал даже, его мы не то что слышим, а как бы «читаем».
ФРАЗА именно – звучит.
Вы спросите, откуда такая уверенность ? – дело в том, что звучание фраз бывает громким и, нередко, очень громким, когда случается последнее, хотя это бывает и не часто, но бывает, что звучание фразы ЩЕКОЧЕТ перепонки ушей, что возможно только когда мы слышим громкий звук. Отсюда мы подходим к осознанию того факта, что мышление НЕ имеет степеней громкости. Мышление всегда мыслится, обратите внимание, что я уже не применил слово «звучит» в отношении мышления.
Что это значит ? – это значит, что переживание фразообразования позволяет осознать отдельные характерные ПРИЗНАКИ МЫШЛЕНИЯ, как то, что мысль переживается как бы на НЕИЗМЕННОЙ «громкости». В случае ФРАЗЫ – это НЕ так.

* Комментарии премодерируются